Часть IV

Ислам и Христианские догматы

 

О христианской троице

 

«Веруйте же в Аллаха и Его посланников и не говорите три!..»[1]
Согласно всем толкователям, данный аят Корана повествует о недопустимости тринитарных воззрений в отношении Бога. Тринитарный догмат, который присутствует в учении основных направлений Христианства, вступает в противоречие с учением Ислама (а также Иудаизма), в котором такое видение Божественной сущности является недопустимым. Однако и среди самих христиан в этом вопросе нет полного единства. Тринитарный догмат был отвергнут  многими направлениями этой религии, и явился причиной раскола в Христианстве, который не преодолен вплоть до сегодняшнего дня.

Первое, на что стоит обратить внимание, при изучении данной проблемы, это отсутствие самого понятия и термина «Троица» в первоисточнике Христианства - Библии. Ни в одной книге Нового Завета нет однозначного упоминания о том, что сущность Бога следует понимать в трех лицах (ипостасях), как об этом говорится в учении современных церквей. По этому поводу в литературе современных антитринитарных сект говорится: «Библия, которую христианский мир признает как священную книгу, не учит Троице. Библия учит единству Бога»[2]. Собственно говоря, этот факт признается и самими христианскими клириками. Так, архимандрит Никифор писал: «Слово Троица, в священном писании собственно не встречается»[3]. 

В то же время, Никифор писал о том, что смысл Троицы присутствует в некоторых стихах Нового Завета[4] и даже Ветхого Завета[5]. С другой же стороны, он признает, что понятие «троица» встречается не в Священном Писании, а в трудах таких богословов как Тертуллиан, Феофил Антиохийский, Ориген, Афанасий Александрийский и некоторых других[6]. Понимая, что рационально объяснить сущность «Троицы» невозможно, Никифор подчеркивает, что в нее нужно верить. Он писал: «Хотя мы не постигаем внутренней тайны троичности Божества, но веруем ей…»[7].   

В то же время, науке известны неопровержимые факты того, что в раннем Христианстве не было представлений  о божественности Иисуса и равенстве его Богу. "В 1965 году профессор Иерусалимского университета Шломо Пинес нашёл в Стамбуле арабский манускрипт, один из фрагментов которого представляет собой древнейший текст, переведённый с арамейского языка. Авторы текста — члены общины назореев в Иерусалиме подчеркивали, что они всегда оставались верными закону Моисея и почитали Иисуса не как Бога, а как Пророка иудейского. Они клеймили апостола Павла как фальсификатора учения Иисуса и ренегата, перешедшего на сторону римлян”[8].    

Даже в поздний период, уже в Римской империи, группы христиан не отождествляли понятия «Бог» и «Иисус». «В одной из деревенских надписей Бог и Иисус Христос упомянуты раздельно: по-видимому, верующий, поставивший это надгробие, воспринимал Иисуса как Мессию, посланного Богом, т. е. так, как воспринимали его многие первые христианские группы»[9]. В одном раннем христианском апокрифе, под названием «Дидахе», восходящим к началу II века, о распятии и воскресении Христа нет ни слова. Этот документ является кратким руководством по религиозному воспитанию и отправлению богослужения. Более того, Иисус в "Дидахе" назван не Богом и не "сыном Божьим", а "рабом Господним". «В греческом тексте здесь употреблено слово "пайс", которое обозначает  и "дитя", и "раб", т. е. человек, подчиненный кому-то»[10].  А некоторые апокрифические Евангелия ранних последователей Иисуса повествовали о нем как о земном человеке (впрочем, как и Евангелия “синоптиков”) и даже отрицали его распятие и воскресение. Наглядным примером этого является Евангелие Варнавы[11]. 

Формирование тринитарного догмата в Христианстве начало постепенно формироваться в условиях усиления позиций церкви и превращения этой религии в государственную религию Римской империи. В его основе лежит слияние трех идей: 1. Привычных народных суеверий и верований языческого происхождения,  которые господствовали в Риме;
2.
Древних традиций античной философии, в частности неоплатонизма;
3. Иудейской традиции, приспособленной под первые две идеи (для этого в Священных Писаниях были соответственным образом истолкованы некоторые стихи).

То, что современное Христианство является синтезом греко-римского мировоззрения с иудейским мировоззрением, признано многими независимыми учеными и исследователями: «Христианская теология возникла как синтез иудейско-христианской мифологии и греческо-римской  философской традиции в ее идеалистическом аспекте при минимальном участии науки, которая иногда просто пренебрегалась»[12]. 

Однако главной теоретической базой для учения о «Троице» явилось учение неоплатоников, которые были носителями многовековой философской традиции античности. К моменту становления Христианства официальной религией Рима, учение неоплатоников уже представляло собой системное и фундаментальное мистико-философское учение. Именно в такой серьезной теоретической базе и нуждалось Христианство. Несмотря на сложные и неоднозначные отношения между усилившейся религией и шедшей к своему упадку античной философией, Христианство многое заимствовало у нее. Достаточно сказать, что практически все отцы раннего Христианства, заложившие основы догматики этой религии, прошли школу неоплатоников (например, Григорий Назианзин, Василий Кесарийский, Григорий Нисский и т.д.)[13]. А Ориген был учеником Аммония Саккаса, учителя самого основателя неоплатонизма - Плотина[14]. 

В христианском учении о Троице имеется много общего с плотиновским учением об эманации. Плотин считал, что началом бытия является Единое. Однако Единое не является у него личностным монотеистическим Богом, а является безличным трансцендентным первоначалом. Т.е. Единое мыслится в монистическом смысле.

Процесс умножения бытия Плотин видел в «истечении» (эманации) Единого. Это истечение происходит посредством световых излучений. Единое первоначало как бы излучает из себя все сущее, в результате которого происходит постепенное отдаление от первоначала и деградация.

 В идеальной сфере Единое первоначало излучает Мировой Ум, который является первой ступенью эманации. Он является идеальной духовной сущностью, которая, являясь субъектом, мыслит Единое. Мировой Ум является первым бытием и в нем существует множественность идей.

Излучение Единого не поглощается полностью Мировым Умом, а продолжает движение. В результате появляется Мировая Душа, которая является еще одной ступенью эманации Единого первоначала. В Душе уже множественность (которая мыслится как деградация) выражена в еще большей степени, в связи с тем, что  она появилась от Единого посредством Мирового Ума. Следовательно, она еще более удалена от Единого. В связи с этим, в Мировой Душе уже имеется контакт с материальным миром, который существует изначально и никем не сотворен.

Далее начинается снижение Мировой души на феноменальный мир, где она дробится на множество душ, которыми обладают все объекты материального мира.  Таким образом, в материальном мире множественность доходит до своей кульминации и свет Единого растворяется во тьме, с которым Плотин сравнивает материю. Материя противостоит свету и является причиной угасания света Единого. Поэтому Плотин видел в материальном мире источник Зла. 

Примечательно, что Плотин выделял троицу «Единое - Мировой Ум - Мировая душа», каждая из которых является в его философии «ипостасями» идеального бытия.

В человеке, по Плотину, заложена частица света Единого и благодаря этому он может начать обратное восхождение к Нему. Для этого Плотин проповедовал экстатические состояния, выраженные в достижении и растворении души в Едином, выходе из вечной тьмы материального мира.

Модель эманации Единого, как и мистицизм философии Плотина оказал огромное влияние на последующие религиозно-философские доктрины. На этой модели строили свои доктрины гностики, христианские мистики, а позднее и суфии-пантеисты.

Вместе с тем, эта модель оказала воздействие на формирование и теоретическое обоснование христианской доктрины о Троице.  Совпадения в христианском учении о Троице и плотиновским учением прослеживаются в наличии триады в сфере идеального, внеземного бытия, понятии ипостасности божественной сущности и т.д. 

Несомненно, что все эти категории плотиновской философии оказали большое воздействие на формирование тринитарного догмата церкви. Известно, что теоретическое обоснование этой доктрины было изложено в работах «каппадокийских» отцов церкви, которые, как об этом говорилось выше, ранее прошли школу неоплатоников. «Особенно много усилий приложил «капподокиец» Григорий Нисский к обоснованию догмата троицы. Он опирался при этом на принципы неоплатонизма, различавшего в сфере идеального мира три основные ипостаси, или субстанции: Единое, Ум и Мировую душу, представляющие собой лестницу снижающегося совершенства. Григорий же стал рассматривать каждую из трех ипостасей совершенно равными друг другу лицами божественной троицы»[15]. Другой «капподокиец» Григорий Назианский также «переносил в христианскую теологию методы неоплатоновской идеалистической диалектики»[16]. Само же понятие «Троица» впервые встречается в произведении Тертуллиана «О целомудрии» (II в.)[17].

Для формирования троичного догмата, ее сторонникам было необходимо решить вопрос с сущностью Иисуса. Эта проблема, названная «христологией», к IV веку вызвала ожесточенные споры между сторонниками и противниками обожествления Иисуса. Эти споры вылились в серьезное противостояние и дестабилизацию политической обстановки в Римской империи. Учитывая серьезность положения, римские императоры, преследуя свои политические цели, вмешивались в эти события, и периодически принимали сначала сторону одних групп, а затем других. В конечном итоге этот вопрос перешел в политическую плоскость.

По вопросу о сущности Иисуса с самого начала имели место конфликты. Пресвитер Арий (256-336) не признавал извечность Иисуса, его равенство с Богом и считал Иисуса первотворением, посредством которого Бог создал этот мир. В этих утверждениях, в принципе, не было ничего нового. Все эти нашли отражение также в доктрине Павла Самосатского, учеником которого был Арий. Еще до Ария в Римской империи действовали монархиане, у которых был серьезный конфликт с римским епископом Виктором (189-199). Значительная часть Монархиан «отстаивало абсолютное единство Бога и отвергало идею Троицы. Они видели в нем человека,  в котором действовала божественная сила. Этих монархиан называли динамистами (впоследствии - адопцианами)»[18]. Адопцианство было объявлено ересью на соборе в Регенсбурге, при папе Адриане в 792 году.

Однако идеи Ария были, в конце концов, признаны еретическими. Победила точка зрения о «единосущности» Иисуса с Богом-отцом. В защиту этой идеи выступил дьякон Афанасий. Он утверждал несотворенность Иисуса и его извечность. Конфликты между арианами и афанасьевцами были невыгодны императору-язычнику Константину, который хотел воспользоваться Христианством, как орудием для установления политической стабильности в империи. По его инициативе, в 325 году собрался собор в Никее, на котором император открыто, принял сторону сторонников «единосущности» Бога и Иисуса. Под его давлением на этом соборе было сформулировано положение о том, что «все те, кто говорят, что было время, когда (Христа) не было или прежде, чем он был рожден, не было, или он пришел к бытию из ничего, или он другой субстанции или сущности, или сотворен, или подвержен изменению, или умалению, всех их католическая и апостолическая церковь предает анафеме». Однако потом Константин и его наследники склонялись как на сторону арианцев, так и на сторону сторонников афанасьевцев, преследуя свои политические цели.

Константинопольский собор, который собрался в 381 году, закрепил положения Никейского собора. Однако, несмотря на это, сопротивление арианства продолжалось еще на протяжении некоторого времени. Отголоски арианства время от времени давали о себе знать и на протяжении последующего периода истории, вплоть до нашего времени. Время от времени появлялись объявленные ортодоксальной церковью «еретиками» группы, которые отвергали идею троицы. «Так, богомилы-катары (XI-XIV века) не признавали Христа равным Богу-отцу, а большая их часть отвергала легенду о смерти и воскрешении Христа (отсюда отвержение ими креста)[19].  Аналогичных воззрений придерживались и альбигойцы. Однако западная церковь ввела в действие методы репрессий против этих и других антитринитарных движений.

Аналогичные процессы имели место и в истории восточной (Православной) церкви. В XV веке в Новгороде распространялась ересь «жидовствующих», схожая с учением «стригольников». «Некоторые из них не признавали догмата о троичности Бога как противоречащего тезису о единобожии»[20]. В XVI веке проповедывал русский мыслитель Феодосий Косой. Он учил, что «Христос был только человеком», «отвергал церковное учение об искупительной жертве Иисуса»[21]. Другой русский просветитель XVI века Матвей Башкин также «отрицал божественную природу Иисуса»[22]. Православная церковь, также как и западная церковь, жестоко преследовала этих и других антитринитариев. В настоящее время последовательными противниками Троицы в Христианстве являются «Свидетели Иеговы». В их учении имеются элементы арианства.



[1] Коран, 4: 171.

[2] Время для истинной покорности Богу. Watchtower Bible and Tract Society of  NewYork, Inc., 1994, с. 14. Это позиция секты «Свидетелей Иеговы».

[3] Архимандрит Никифор. Библейская энциклопедия. М.: Типография Снегиревой, 1891, c. 706.

[4] Евангелие от Матфея, 3: 16-17; 28: 19.

[5] Псалом, 32: 6.

[6] Архимандрит Никифор. Библейская энциклопедия. М.: Типография Снегиревой, 1891, c. 706.

[7] Там же, c. 707.

[8] Косидовский З. Сказания Евангелистов, М.: Политиздат, 1991, с. 363, со ссылкой на S. Pines, The Jewish Christians of the Early Centuries of Christianity According to a New Source, 1966.

[9] Свенцицкая И. Раннее Христианство: страницы истории. М.: Политиздат, 1988, c. 137.

[10] Там же,  с. 214.

[11] Bağdadi H. Her kese lazım olan iman. İstanbul: Hakikat, 1998, s. 90.

[12] Чанышев А. Курс лекций по древней и средневековой философии М.: Высшая школа, 1991,  c. 373.

[13] Там же, c. 428-429.

[14] Соколов В. Средневековая философия. М.: Высшая школа, 1979, c. 43.

[15] Соколов В. Средневековая философия. М.: Высшая школа, 1979, с. 49.

[16] Чанышев А. Н. Курс лекций по древней и средневековой философии М.: Высшая школа, 1991, с. 428.

[17] Соколов В. Средневековая философия. М.: Высшая школа, 1979, с. 38.

[18] Лозинский C. История папства. М.: Политиздат, 1986,  c. 15.

[19] Соколов В. В. Средневековая философия. М.: Высшая школа, 1979, c. 129.

[20] Русское Православие: вехи истории / Науч. Ред. А. И. Клибанов. – М.: Политиздат, 1989, c. 96.

[21] Там же, с. 126.

[22] Там же, с. 126.

ОГЛАВЛЕНИЕ